Алексей Ильич Чириков
Написал admin on Авг 25, 2008
Часть 3
Всей своей жизнью Алексей Ильич Чириков доказал, что Адмиралтейств-коллегия не ошиблась, направив его на тернистую дорогу моряка-исследователя. С 1725 г. почти до самой смерти деятельность Чирикова была посвящена решению государственной проблемы отыскания и освоения морских путей у дальневосточных границ нашей страны.
Назначенный с одобрения Петра в Первую Камчатскую экспедицию вторым помощником Беринга (первым считался Щпанберг — человек в русском флоте случайный и ничем, кроме жестокого обращения с под-чиненными, не выделявшийся), Чириков в самый решительный момент экспедиции проявил себя как истинный исследователь и верный долгу исполнительный морской офицер.
Первая Камчатская экспедиция продолжалась пять лет, но морской поход в поисках пролива длился всего полтора месяца; остальное-время заняли подготовительные мероприятия: строительство кораблей,, заготовка провианта и строительных материалов, путешествие из Петербурга на Камчатку и обратно.
Выйдя 13 июля 1728 г. из Нижне-Камчатска на боте (небольшое парусное одномачтовое судно) «Св. архангел Гавриил», построенном участниками экспедиции, Беринг взял курс из север через море, названное впоследствии Беринговым. 29 июля бог прошел устье Анадыря, на следующий день он достиг бухты, которую моряки назвали заливом Креста, а еще через пять суток бросил якорь на рейде бухты Преображения. Там экспедиция пополнила запас пресной воды. Продолжая затем плавание к северу вдоль материка, 10 августа Беринг открыл новый остров и назвал его островом Лаврентия. Спустя еще сутки бот благополучно обогнул Чукотский нос и вошел в Чукотское море. В хорошую погоду с корабля, находящегося у мыса Дежнева, можно видеть противоположный берег — вершины гор на американском материке; однако па этот раз туман не позволил участникам экспедиции убедиться в том, что они достигли пролива и даже проникли к северу от него.
13 августа 1728 г., когда бот Первой Камчатской экспедиции достиг 65°ЖХ северной широты, т. е. фактически прошел пролив между материками и находился уже в Чукотском море, о чем моряки не знали, ибо из-за тумана не видели противоположного (американского) берега пролива, Беринг усомнился в целесообразности дальнейшего пути на север. Решив повернуть обратно к Камчатке, он предложил обоим помощникам представить ему в письменном виде свои соображения.
Шпапбергу было все равно. Чужой для русского флота человек, совершенно равнодушный к исторической цели экспедиции, он посоветовал возвратиться на Камчатку.
Иное высказал Чириков. Письменное предложение, врученное им Беринг) и внесенное мичманом Чаплиным в путевой журнал экспедиции, гласило:
«Понеже известия не имеется, до которого градуса ширины из Северного моря у восточного берега Азии от знаемых народов европейских жители бывали; и но оному не можем достоверно знать о разделении морем АЗИИ с Америкою, ежели не дойдем до устья реки Колымы или до льдов, — понеже известно, что в Северном море всегда ходят льды, — того ради надлежит нам непременно, по силе данного... указа, подле земли итти, ежели пе воспрепятствуют льды или не отыдет берег на запад, к устью реки Колымы, до мест, показанных в означенном указе, а ежели земля будет наклоняться еще к норду, то надлежит по 25 числе сего настоящего месяца в здешних местах искать гавани, где бы можно было зимовать...»
Этот документ великолепно характеризует еще совсем молодого Чирикова как здравомыслящего, рассудительного мореплавателя-исследователя, как человека долга, готового ради достижения цели преодолеть любые трудности.
Беринг отверг предложение дальновидного лейтенанта, и это сыграло огромную роль в дальнейшей судьбе обоих мореплавателей. Содержание «Юрнала бытности» (экспедиционного дневника) стало известно Адмиралтейств-коллегни, которая признала предложение, внесенное Чириковым, правильным, а возвращение экспедиции без достоверных доказательств существования пролива - ошибкой ее начальника. Тем более, что в 1726 г. (т. е. когда экспедиция находилась в пути) в Петербурге видели карту, которую доставил казацкий голова Афанасий Шестаков, приехавший из Якутска. На карте Шестакова была обозначена «Большая Земля», лежавшая на восток от Чукотки. Естественно, что Адмиралтейств-коллегия ожидала от Первой Камчатской экспедиции не только подтверждения сведений, доставленных Шестаковым, но и обстоятельного доклада о «Большой Земле». И вдруг Беринг не оправдал ожиданий. Он не только не нашел пролива между материками, но и отрицал (без всяких оснований, ибо он прошел пролив в тумане) само существование «Большой Земли» па востоке от Чукотки. В «Юрнале бытности» было приведено официальное заключение, сделанное начальником экспедиции: «...К Чукоцкому или Восточному углу земли никакой не подошло».
Популярность: 44%