Плавание 1737 г. было удачнее всех прежних
Написал admin on Авг 26, 2008
Весной 1737 г. Овцын снова начал собираться в путь. 5 июня пришел, наконец, новый бот «Обь-Почтальон» под командой Ивана Кошелева, и вскоре оба судна покинули Березов.
Плавание 1737 г. было удачнее всех прежних. Льдов в Обской губе было меньше. Встречные ветры мало мешали продвижению судов. «Тобол» сильно отставал от более быстроходного нового бота. Пройдя Семиозерный магазин, Овцын 12 июля перешел на бот, передал коман-дование «Тоболом» Кошелеву. Оба судна 10 июля оставили позади Семиозерный магазин, а 8 августа вышли на взморье, «где заворотился берег к реке Енисею».
Бот и дубель-шлюпка поднялись до 74° северной широты. «Великие непроходимые льды» помешали дальнейшему продвижению судов, и Овцын вернулся в Обскую губу. 16 августа, следуя вдоль правого берега губы, оба судна снова вышли в море и, сделав «обсервацию, вымерив фарватер и поставив маяк на мысу последнем к морю, который под 73°15'», пошли вдоль берега к Енисею.
Льды больше не мешали походу, и 3! августа 1737 г. отряд, сделав обстоятельную опись морского побережья, благополучно вошел в устье Енисея. Промеряя фарватер, Овцын повел суда вверх по Енисею. Из-за ледохода отряду не удалось пройти к Туруханску: бот пробился до реки Ангутихи (левый приток Енисея, 30 километров ниже Туруханска), а дубель-шлюпка, шедшая на 100 верст позади, дошла до реки Денежкиной (правый приток Енисея, в 150 километрах от Туруханскз).
Дело, порученное Овцыну, было успешно завершено. С чистой совестью он мог считать свою задачу выполненной. Но Овцын только сейчас почувствовал себя по-настояшему готовым к серьезной исследовательской работе на Севере. За плечами у него был опыт четырехлетних изысканий, во время которых он сумел воспитать надежных помощников, закаленных в суровых северных походах и готовых самоотверженно следовать всюду за своим командиром. Отряд немало сделал по исследованию пространств между Енисеем и Обью, между Обью и Печорой. Овцын стре-мился к дальнейшим исследованиям побережья Ледовитого океана.
Он знал о героических, но пока бесплодных попытках других отрядов экспедиции обогнуть Таймыр с востока, от устьев Лены. Собирая сведения о крае, Овцын узнал «от тамошних обывателей и подле моря зимовщиков, что много-де удобнее устье реки Лепы достигать от устья Енисея, нежель от Лены к Енисею» (Сообщение Овцына свидетельствует о том, что в XVIII в. среди поморов еще жива была память о плаваниях русских вокруг Таймыра. Как известно, недавно на острове Фаддея советскими археологами были найдены предметы, принадлежавшие русской экспедиции начала XVII е. Таким образом, сообщение Овцына еще раз подтверждает утверждение, что экспедиция эта обогнула Таймыр с запада.). К этому походу и начал готовить Овцын два отряда. Один из них должен был подняться на «Тоболе» по реке до Енисейска и составить точную карту этой реки, а другой -на боте «Обь-Почтальон» — попытаться обогнуть Таймыр морем от устья Енисея. Второй отряд, начальником которого был назначен Минин, а помощником Стерлегов, Овцын посылал на свой страх и риск, так как решения Адмирал-тейств-коллегий по этому поводу он не имел.
Овцын надеялся, что Н. Ф. Головин поддержит его. Позже, объясняя свои действия в рапорте Адмиралтейств-коллегий, он ссылался на седьмой пункт данной ему инструкции, «в котором показано, сжель что и сверх данной мне инструкции к пользе интереса ее императорского величества усмотрено будет, то исполнять и куда нужда будет посылать».
Овцыну очень хотелось самому пойти в это плавание, но 20 мая 1738 г. он получил предписание явиться в Петербург с журналами и картами для отчета. Перед отъездом Овцын оставил Минину подробную инструкцию, в которой детально указал, как и что надо исследовать во время плавания.
Самое большое значение инструкция придавала именно исследова-тельским изысканиям, в том числе и естественно-историческим. Овцын по-ставил перед Мининым задачу войти в Лену, а если это окажется невоз-можным, пройти как можно дальше вдоль береговой линии, хотя бы до Хатанги, где уже зимовали суда Ленского отряда.
Овцын продумал и средства обеспечения отряда Минина. Еще по пути из Оби он заложил в устье Енисея запасный склад с провиантом. Кроме того, он направил на Таймыр сухопутную партию из восьми человек на оленях с чумами, которая должна была заблаговременно установить маяки и в случае необходимости оказать помощь судну.
Человек безукоризненной честности, Овцын строго следил за тем, чтобы никто из людей его отряда не наживался за счет бесправных мест-ных жителей. Этот «обычай» был весьма распространен среди сибирских служилых той поры, Составляя инструкцию Минину, Овцын не упускал из виду распространенность этого «обычая». И потому не случайно, что дважды (в 32 и 18-м пунктах инструкции) он писал Минину: «...как здешних окрестностей жителям и другим, так и самоеде и протчим народам обид и налог никаких ни в чем не чинить, но поступать с ними ла-сково, тако ж и взятков никаких... отнюдь не брать... ничем с ясашными и другими ее величества подвластными пи под каким претекстом не торговать, а ежели кто у вас явится или уведано будет о том будете ответствовать яко пренебрегатель ее императорского величества указов».
Приняв все зависящие от него мери к обеспечению плавания Минина и Стерлегова, Овцын отправился в Петербург. Его сопровождали не-сколько человек команды, в том числе Выходцев, новые его ученики — «за подштурмана матрос» Дуров, школьник Никонов. Сознание, что он выполнил долг перед отечеством, радовало. Овцын тщательно гото-вился к докладу в Адмиралтейств-коллегий, уверенный, что ему разрешат довести до конца исследования, начатые им по собственной инициативе.
Популярность: 32%
Метки:Плавание, Тобол